Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
17:40 

Полезное о японской одежде

Vataru ASacura
Никогда не сдавайся (с)
23.03.2015 в 06:13
Пишет -Bait-:

22.03.2015 в 16:40
Пишет oni-fukucho:

оформление и редакция Кин Ри
для WTF Heian 2015

Мода эпохи Хэйан
картинки кликабельны


Начало блистательной эпохи Хэйан было отмечено явным влиянием китайской культуры. Дело в том, что в эпоху Асука японцы заимствовали моду и эстетику Танского Китая, и эта тенденция закрепилась в сменившей её эпохе Нара. Всего за несколько лет до перенесения Столицы в Нару был принят закон, который регламентировал ношение одежды по особым случаям, будь то религиозные и придворные церемонии или же траур. Этот закон носил название "Кодекс Тайхо" (701 год). Уже в 718 году был принят новый закон, касавшийся придворного дресс-кода - "Кодекс Ёро". В нем, например, была закреплена традиция запахивать одежду слева направо, так же, как это делали в Китае. Примерно в то же время придворные красавицы начали одеваться в яркие одежды на китайский манер с воротом “тарикуби”. Кавалеры же продолжили облачаться в прежние одежды с округлым вырезом “агэкуби”. Таким образом, разница в покрое воротника в мужской и женской одежде закрепилась на несколько веков - “агэкуби” выйдет из моды аж в XI веке, оставшись церемониальной деталью императорского костюма.
Тогда же у китайцев была заимствована технология окраски и ряд натуральных красителей.
Для оттенков красного — сафлор, марена (лат. Rúbia), патанга (лат. Caesalpinia sappan), для оттенков желтого — мискант (лат. Miscanthus tinctorius), гердения, для оттенков синего — индиго, для оттенков фиолетового — воробейник (лат. Lithospermum erythrorhizon). Путем смешивания этих базовых красителей получали остальные цвета и оттенки. Зеленый, например, получался при смешивании желтого мисканта и синего индиго.

Одежда, подверженная сильному влиянию Танского Китая, положила начало и самобытной японской одежде. Некоторые историки даже говорят о зарождении "протокимоно" именно в эту эпоху. Интересно, что в Китае времен династии Тан дамы носили особые юбки, повязанные поверх нижнего платья: это отличалось от той одежды, что была в ходу во времена первого контакта Китая и Японии. Японские дамы переняли эту тенденцию. Даже по сей день женщины (да что уж там, и мужчины тоже) одевают хакама поверх кимоно.
Особо придирчивый читатель может задаться вопросом, что это были за юбки и что с ними стало во время трансформации японского женского костюма. Дело в том, что этот предмет гардероба, в общем-то, прекратил пользоваться такой популярностью уже в эпоху Нара. В эпоху Мира и Покоя в обиход войдут хакама. А вот юбки превратятся... нет, не в элегантные шорты. Они станут шлейфом “мо” - само это слово, означающее в переводе “юбка”, сохранит память о своем, так сказать, предке.

В эпоху Хэйан технологии прядения и покраски ткани были не так разнообразны, как то было в VIII веке (эпоха Нара), когда японцы научились красить ткани, связывая их в узел, окрашивая по трафаретам или в технике, напоминающей батик — в то время японские ткани не уступали лучшим образцам тканей с континента — производился как плотный, затканный шелк с потрясающими узорами, так и тонкие, полупрозрачные ткани, напоминающие шифон или газ.
В поздний и средний Хэйан узорным шелкам недоставало разнообразия как в цветовой гамме, так и в отделке, да и прозрачные ткани стали значительно грубее, — словом, по сравнению с прежними стандартами качества, текстиль стал гораздо менее качественным.
Неслучайно тогда очень ценились китайские ткани, изредка ввозившиеся в страну самыми богатыми аристократами: они на голову превосходили японские образцы. Однако ошибочно считать, что отечественные производители тканей были неспособны создать нечто подобное, или что их покровители интересовались своими одеяниями меньше, чем их предки времен Нара.
Изменения в большей мере зависели от смены эстетической концепции — а именно от пробуждения интереса к приглушенным цветовым решениям, игре цвета и оттенков, плавных, грациозных линий, которые привели к созданию широких одежд из множества слоев. Появился спрос на разнообразие — и ткачи стали избегать технологий, требующих много времени, предпочтя количество качеству. Вдобавок, именно тогда в Японии появились новые красители — которые, к слову, используются и по сей день. После переосмысления всех новых оттенков, появившихся в активе красильщиков, и родилась, вероятно, сложная, замысловатая система цветового кода.

Тем не менее, одежда в поздний и средний Хэйан была маркером не только хорошего вкуса, но и социального положения. В особенности это касалось женщин: больше личной привлекательности ценились одеяние и длина, густота и блеск волос. В даму, чье лицо было скрыто от посторонних, могли влюбиться из-за грамотного и искусного выбора цветов ее многослойного платья, сочетавшихся в строгом согласии с её социальным положением, временем года и календарными праздниками. Такие гаммы цветов назывались касанэ-но-иромэ, и были достаточно строго регламентированы специальными указами. (подробнее см. ниже).
Другим способом украсить себя или похвастать своим вкусом, было пошить одежду из ткани с красивым шитьем — орнаменты были как растительными, так и животными, а иногда даже были тесно связаны с цветом основы: например, бледно-фиолетовый шелк расшивали бледно-красными нитями, изображая кисти дикого винограда — но такой шик оставался привилегией немногих избранных: право на вышитую ткань предоставлялось специальным указом.

Вообще, строгая регламентация всего, касавшегося вопросов одежды, отличала японское общество с эпохи Нара и до конца эпохи Эдо, хотя Хэйан, как культура сугубо придворная, явил собой высший пик этого явления. Началось всё с указа принца Сётоку (VII век), закрепившего за каждом из 12 рангов определенный цвет головного убора. С этого предписания берёт начало история иерархического цветового кода в Японии. Например, желто-рыжий цвет закреплялся за знатью-кугэ, а вот цвета, разрешенные людям любого ранга и статуса, назывались yurushiiro (дословно “дозволенные цвета”). Если были цвета предписанные, то были и запрещённые - они так и назывались, kinjiki (“запретные цвета”).
Так, самыми престижными и дорогими цветами, ассоциировавшимися с властью не зря были оттенки красного и фиолетового: производство красителей, придававшим ткани эти цвета, было сложным и дорогостоящим. Красный краситель, например, изготовляли из сафлора — из него же, к слову, и по сей день делают помаду, которой пользуются гейши. Чтобы ткань получилась яркого, насыщенного цвета, ее восемь раз опускали в красящее вещество — что, естественно, требовало много времени и усилий, чтобы оттенок лег ровно и аккуратно. Для получения фиолетового красителя использовали растение под названием “мурасаки-куса” (Lithospermum erythrorhizon, или воробейник пурпурный). Из огромного количества данного растения получалось очень мало краски — поэтому в фиолетовые и лиловые одежды и облачались только особы императорских кровей — и их ближайшее окружение.
Сама трава, из которой изготовлялся краситель, стала запретной; ещё в VII веке поэтесса Нуката-но-оокими сравнивает своё положение императорской наложницы с огороженным полем воробейника, а любовную связь на стороне - с потравой, и упоминает специальных стражников, охранявших драгоценную траву. Этими техническими сложностями и объясняется иерархическая градация цветов одежды: чем темнее или ярче были цвета — тем выше был достаток и положение особы, в них нарядившейся.

Кстати, это самое распределение цветов по рангов, было подчинено не только исключительно меркантильному вопросу дороговизны: они подчинялись еще и китайскому учению о взаимодействии направлений и элементов в природе. Однако фиолетовый цвет не входил в эту традиционную систему, поэтому его автоматически объявили элитарным, стоящим вне системы и над ней.
Тем не менее, главным запретным цветом был цвет “ko:rozen”, или сумаховый, доселе предназначенный только для верхних одежд Императора и не дозволенный к ношению более никому.
Остальные цвета утратили свою функцию часть к началу XV века, другая же часть - к эпохе Мэйдзи (конец XIX века), это:
“aoshiro-tsurubami”, бледно-серо-зеленый, изначально также цвет верхних одежд Императора, позднее право ношение предоставлено императорским женам и наложницам от IV ранга, служащим казны VI ранга;
“akashiro-tsurubami”, бледно-серо-красный - цвет верхних одежд ушедшего на покой Императора;
“oudan”, жёлто-рыжий - цвет одежд наследного принца;
“fukamurasaki”, тёмно-лиловый - цвет одежды аристократов I ранга (принцы и принцессы крови).

Таким образом, выбор наряда и цвета ткани является характеристикой человека: так, Мурасаки Сикибу раскрывает бедственное положение Югири, который продолжает носить неподобающие синие оттенки Шестого ранга, несмотря на то, что все его погодки уже перешли на более престижные цвета. Например, вот так вот в “Эйга-моногатари” (летописи деяний Фудзивара-но Митинаги) представлены герои:
...Одеты они были в переливающийся красный шелк, в цвета ивы, вишни, винограда, и, в случае более молодых мужчин — в цвет красной сливы — наиболее восхитительный в своих переливах. »
«По общему согласию, каждая из дам, в свою очередь, выбрала одеяния в тех же пяти цветовых комбинациях — ива, вишня, желтая и красная слива, желтовато-зеленый. У некоторых по пять слоев утиги были окрашены в каждый из этих оттенков; всего пятнадцать слоев; у других — шесть или семь, и так вплоть до восемнадцати и двадцати одного слоя в общем. Некоторые были одеты в тонкие китайские шелка; на других были плотные затканные шелка в тех же цветах. У некоторых даже карагину были в пять слоев; у кого-то и вовсе одежда была окрашена в бледно-зеленый и другие переливающиеся цвета. Цвета китайских накидок были избраны из тех же пяти оттенков, а затканы они были узорами с морскими мотивами.
(глава, повествующая о празднике у императрицы Канси)
По сути, описание одежды заменяет описание характера, указание на занимаемый ранг и многое другое.
Так что именно литературные памятники эпохи Хэйан дали ученым базу для изучения цветового кода того времени. (Не зря мы шутим, что «Гэндзи-моногатари» — песнь любви. Автора к красивой одежде.)

Женский костюм

Дзюнихитоэ (двенадцатислойное кимоно), пожалуй, уже может по праву считаться символом эпохи Хэйан. Но немногие знают, что в те времена этот наряд назывался карагинумо.
Наряд этот был настолько сложным, что для того, чтобы одеться, необходима была помощь двух человек.
О женском придворном одеянии эпохи Хэйан мы знаем благодаря тому, как ярко и упоенно оно описывалось в таких литературных источниках, как "Гэндзи-моногатари" и "Записки у изголовья". Но дошли до нас и официальные документы - такие, как список цветовых комбинаций, составленный Минамото-но Масасукэ и включивший в себя описание одеяний, подготовленных для императрицы Тэйси около 1160 года. Это документ известен как "Цвета платья придворной дамы", и является частью "Масасукэ сё:кусё:" (Записок Масасукэ о придворном костюме). В него включены и заметки самой императрицы о её нарядах.

Женский наряд и выбор цветовой гаммы мог рассказать о женщине все - ее социальное положение, возраст, семейное положение, место жительства, одета ли она по случаю праздника или церемонии, находится ли в фаворе - и прочая, и прочая. Отголоски этого условного кода до сих пор можно обнаружить в традициях ношения кимоно. Слои дзюнихитоэ шились из гладкого, однотонного шелка, поскольку узоры и шитье были разрешены только с высочайшего дозволения. И все же именно многослойные одежды были главным украшением гардероба хэйанской дамы, и каждый тон, каждый слой, призван был продемонстрировать то, что находится под ним.
Что любопытно, все слои дзюнихитоэ были одного размера. Казалось бы, следовало пошить каждый очередной слой чуть поменьше - для эффекта плавного перетекания цвета в цвет, но этого добивались и без подобных ухищрений. Дело в том, что так можно было бесконечно комбинировать наряды в зависимости от сезона.
Поскольку верхом неприличия считалось, чтобы мужчина смотрел прямо в лицо женщине, общались дамы и кавалеры, разделенные бамбуковыми занавесями, или же дамы прикрывали лицо расписными деревянными веерами. А то и своими рукавами. Поэтому то, как была одета женщина, было во многом важнее ее физической красоты.

В начале эпохи Хэйан дамы стремились одеть на себя так много слоев, что правительство издало указ, регламентировавший количество слоев в дзюнихитоэ. Дело в том, что наряды получались такими тяжелыми, что несчастные женщины совсем не могли ходить - только ползать на маленькие расстояния, даже из комнаты в комнату не могли пройти без посторонней помощи. Новый закон сократил количество слоев до пяти, без учета верхних. Пятислойное одеяние называлось “ицуцугину” - “пять одежд”.
Итак, из чего же состояло дзюнихитоэ? Нижним слоем были исподнее кимоно с короткими рукавами - косодэ, и хакама или харибакама (удлиненные хакама) ярко-красного или фиолетового цвета. Они заменяли бельё. Следом за ним шли одно или несколько хитоэ - это первый слой одеяния, из гладкой однотонной ткани, составлявшие, собственно, “ицуцугину”. Поверх одевалось утигину (верхнее платье) из плотного узорчатого шелка; оно было неотъемлемой частью официального, придворного и праздничного нарядов. Далее следовало уваги из тканого шелка, узор на котором регламентировался согласно рангу дамы. Простые фрейлины обходились вовсе без узоров. Следующим слоем была “китайская накидка” - карагину и шлейф “мо” - затканные, или вышитые красивыми узорами, или окрашенные. Чем длиннее шлейф - тем знатнее дама. Дополнял наряд деревянный расписной веер - хи-оги, или акомэ-оги.









Мужской костюм

Основной одеждой придворных кавалеров были различные вариации сокутая, отличающиеся, в зависимости от места службы носителя, по покрою и сопутствующим аксессуарам. В их одежде превалировали яркие, сочные цвета. Лиловый, красный, зеленый, синий - все они четко ассоциировались с тем или иным рангом, причем в зависимости от того, высший то был, или низший, варьировалась и густота оттенка. В сочетании с лаковым головным убором "канмури" это выглядело внушительно: ведь и здесь, по одной только одежде можно было понять, каков статус кавалера.
Например, военные и служители Стражи носили букан сокутай (военный сокутай). Особенностью такого вида сокутая был кэттэки-но хо:, верхний слой одеяния с круговым вырезом ворота и длинным шлейфом. Кроме того, частью “букан сокутай” был колчан со стрелами и лук.
Члены императорской стражи дополняли “букан сокутай” нагрудником катиэ и парадным длинным мечом - именно так по особым случаям одевались также император и аристократы с I по III ранг.

Более распространённым было одеяние бункан сокутай (чиновничий сокутай). Так одевались все мужчины, причастные к государственной службе, имевшие ранг выше IV. Точно так же одевался и сам Император (хотя в его одежде были определенные отличия). Особенностью такого вида сокутай было то, что верхний слой его, “хо:эки-но хо:”, шился, как правило, из черной ткани. С бункан сокутай не позволялось носить оружие. Исключение касалось только чиновников военных ведомств, советников (нагон и санги) и - по особым разрешениям - служителям Накацукасё.

Повседневной и менее формальной одеждой придворных был икан. В нем тоже основой был “хо:эки-но хо:”, но вот официозные узкие хакама (наследие эпохи Нара) заменялись сасинуки, широкими шароварами, стянутыми у лодыжек специальными шнурками. Кроме того, отсутствовал пояс - иси-но оби и ситагасанэ (предмет гардероба с длинным шлейфом). Изначально икан носился дома, но к середине эпохи Хэйан стало считаться приемлемым одеваться так и при Дворе. Интересно в икане то, что покрой хо:эки-но хо: в нем почти полностью совпадал с покроем носи. Хакоэ - "карман" на спине одеяния - скорее вывернут, чем завернут внутрь. Кроме того, на хакоэ есть и завязки - а именно так он шился в носи.
Иногда под икан одевали и хитоэ. Тогда он назывался хитоэ икан. Шилось хитоэ по тем же меркам, что и сокутай. Молодым людям надлежало носить хитоэ цвета коки (темные оттенки), мужчинам средних лет - цвета моэги (цвет молодых побегов), а пожилым - цвета ао (синего). Акомэ (укороченное хитоэ, часть нижней одежды) было таким же, какие шили под сокутай, но его поверхность была покрыта узорами. Подкладка была или из простого шелка, или из окрашенного и затканного так же, как ткань с лицевой стороны. Если акомэ одевали так, чтобы передняя часть подшитого края выглядывала из-под хо:, это называлось идасигину. Это была одежда довольно-таки щегольская, если не эпатажная. Обычно с икан не носили оружия, обуви тоже не носили, но иногда одевали сито:дзу - прообраз нынешних таби.

Постепенно (приблизительно к середине X века) икан вытеснила каригину - “охотничья одежда”, ставшая, наравне с дзюнихитое, узнаваемым визуальным символом эпохи Хэйан.

Дома хэйанский кавалер надевал совсем уж неформальный наряд - носи. Поскольку цвет носи не регулировался по правилам цветового кода, мужчины наслаждались свободой выбирать любые оттенки. С особого позволения носи можно было одевать и при Дворе. Оружия с носи не носили.

Все чиновники при дворе носили или лаковую шапку каммури, или тканевую эбоси. Первая - более формальна и уходит корнями в глубокую древность, вторая же была повседневным головным убором и крепилась прямо к причёске.

Хэйан и красота

Знаменитый хэйанский макияж, отражавший тогдашние идеи о красоте, был одним из многочисленных заимствований из Китая.

Однако если сопоставить внешний вид придворной красавицы времен династии Тан с внешним видом дамы времен регентства клана Фудзивара, можно обнаружить множество различий. Общими будут густые черненые брови и беленая кожа. А вот различия начинались с того, что китайские женщины не чернили зубы, а японские, в свою очередь — не делали сложных причесок уже с конца IX века.
Чернение зубов (“охагуро”) объяснялось тем, что по сравнению с густо набеленным лицом зубы казались жёлтыми, а также определенными заимствованными от коренного населения Японских островов (айнов и эмиси) верованиями. Эта традиция оказалась довольно стойкой: некоторые женщины чернят зубы и до сей поры, а мужчины из числа высшей аристократии сохраняли обычай вплоть до конца XIX века.
Столь же общей была и традиция сбривать брови. Потом их рисовали их высоко на лбу — широкими мазками почти у самой линии роста волос. Делалось это так: подушечку большого пальца обмакивали в черную (или синюю) краску, а потом размазывала его по лбу. Это называлось «брови-бабочки». Позднее появилась традиция подкрашивать лоб под “бабочками” красным - странный и парадоксальный отголосок, опять же, китайских обычаев.


Типичная хэйанская красавица должна была обладать пухлыми губами, узкими глазами, тонким носом; лицо её должно было быть круглым, а тело - ровным: женщина с большой грудью, тонкой талией и широкими бёдрами мыслилась уродливой.
Но главным были волосы. Нет: ВОЛОСЫ.
Придворные дамы отращивали волосы настолько, насколько вообще можно было их отрастить. Их носили распущенными, стелющимися поверх длинных шлейфов. Если волосы были недостаточно густыми, женщины прибегали к тем же хитростям , что и в наши дни. Хэйанские трессы назывались куроками, и были они одним из многих заимствований из Китая, пусть и несколько преобразованным.
Считается, что рекордом длины волос прославилась дама, чья шевелюра стелилась за ней почти на семь метров!

Таким образом, описание красивой женщины состояло из двух разделов: её одежда - и её волосы.
Лицо практически не имело значения - напомним, что его, в общем-то, и не видели.

Можно заметить, что в эпоху Хэйан красивый человек автоматически мог считаться хорошим человеком. Таковы были тогдашние стандарты красоты, освобождающиеся от влияния китайской эстетической концепции все больше и больше.
Красота, элегантность и чувство вкуса считались крайне важными качествами. Аристократы почти соревновались в мастерстве подбирать одеяния и составлять ароматы, которыми пропитывали свои многослойные одежды.

Касанэ-но иромэ

Эпоха Хэйан привнесла некоторые изменения в сложившуюся систему. С расцветом придворной культуры появились и поэтичные, литературные названия оттенков. Например, один из оттенков бледно-розового назывался "цветом сакуры" - сакураиро, а оттенок насыщенного коричневато-зеленого - "цветом сосновых игл" - мацубаиро. Среди названий японских цветов и оттенков можно найти и такие поэтичные, как "ива и обгоревший бамбук", "бледные опавшие листья", “рассвет над цветущим полем” "цвет лисицы", и такие внезапно экзотические, как “клешня молодой креветки”, “деревенский лиловый” или “драконья печень”.
В итоге появилась таблица сочетаемости цветов и оттенков — касанэ-но иромэ. Нам доподлинно известно, что в это время существовало более двухсот различных цветовых комбинаций.

Цвет одежды всегда был важным индикатором социального положения - и не только в Японии. Но трудно представить такую страну, где бы он имел большее значение, чем здесь.
Красильщики добились таких высот мастерства, что у одного только красного цвета имелась дюжина оттенков, но один из них - ныне известный, как “ака”, носил четкую ассоциацию с определенным придворным рангом (фрейлины), а другой, "суо:", был дозволен только женщинам из Императорской семьи и ближайшим фавориткам Императора.
Система касанэ-но иромэ строго распределяла все эти прекрасные цвета не только по рангам, но и по сезонам и особым случаям. Ниже мы рассмотрим некоторые названия цветовых сочетаний этих оттенков, приписанных к определенному времени года или месяцу.

Разумеется, на практике всего двумя цветами не ограничивались почти никогда.
Например, схема слоёв “ко:ё” (“листопад”) выглядела вот так.

URL записи


URL записи

URL
Комментарии
2015-04-16 в 09:41 

спасибо. очень полезно и интересно

URL
2015-04-17 в 10:34 

Vataru ASacura
Никогда не сдавайся (с)
Гость, всегда пожалуйста.))

URL
   

Не все мечты сбываются сами, нужно им помочь. (с) Девочка Лава

главная